ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ "ГОРОД ПЭ" Выпуск 4 (12) 2015г

 Литературный журнал Город Пэ - Выпуск 10

ВЫПУСК 4(12) 2015г.

ПОЭТ НОМЕРА

Антон Метельков
ЗЕМШАР ЗА СПИНОЙ
Антон Метельков. Литературный журнал Город Пэ

 

 

выбор это шаг влево
выбор это шаг вправо
ждет затылок расстрела
ждет позвоночник расправы
выбор дорога жизни
смертны только живые
выбор – в теле фашизма
метины ножевые

Читать далее...

 

ТРИ ВОПРОСА

АНТОН МЕТЕЛЬКОВ. Поэт. Автор книг «Деревянное дерево» и «Футляр». Публиковался в журналах «Сибирские огни», «Ликбез», «Урал» и др. Среди наград: диплом Межрегионального литературного конкурса на соискание премии им. И.Д. Рождественского (2015), приз поэтического конкурса имени Александра Башлачева «И дар русской речи беречь…»(2015), лонг-лист конкурса «Заблудившийся трамвай»(2015). Участник фестивалей «Интерра» – 2010, 2011, 2012, «Experiences» – 2010, 2011, 2012, 2013, «США» – 2011, 2012, «Новая земля» - 2011, «Томский перекресток» – 2011, «Белые ночи в Перми»– 2012 («Поэт в городе»), 2013 («Пермский текст в движении»); различных поэтических акций в Новосибирске, Барнауле, Томске, Красноярске, Абакане, Перми. Финалист новосибирского (в рамках фестиваля «Поэмания» - 2010) и всероссийского (в рамках фестиваля «СловоNova» – 2010) поэтических слэмов.
Организатор фестиваля экспериментальной поэзии «Experiences»-2013. Обладатель (в составе оргкомитета фестиваля) премии Сибирского центра современного искусства «Культпросвет» - 2014. Сделанный совместно с К. Кармалитой ролик «Маковский» удостоен специального упоминания жюри на конкурсе видеопоэзии «Пятая нога» - 2013.

ВЕРЛИБР И КАРТОШКА

1. Вы занимаетесь экспериментальной поэзией. На ваш взгляд, классическое стихосложение изживает себя или ему ещё есть куда развиваться?

Если я отвечу, что любой авангард рано или поздно становится традицией, это будет такой трюизм, что даже скучно. Все великие реформаторы языка - Пушкин, Хлебников, Пригов - являются столпами определенных традиций.
Хармс - на самом деле очень традиционный поэт, впитавший в себя весь XIX в. В некотором смысле традиционный поэт - Виктор Iванiв - возможно, в смысле создания своего собственного канона (или его завершения).
Абсолютно традиционны (и даже уже не очень интересны) для меня сейчас французские дадаисты и сюрреалисты (Тцара, Супо, Бретон, Превер, Деснос и др.).

Читать далее...

 

РУКОПИСЬ

Анна Вайс-Колесникова
ДЕВЯТКА В ЗЕРКАЛЬНОМ ПОТОЛКЕ, роман
(часть 2)

"И чтоб на родинку еще была ты менее красивой!" - мысленно я повторяла эту строчку из песни. Далась мне эта родинка! Как бумеранг, все вернулось вновь со звонком Юлии.
- Анна Павловна, я только что с поезда. Хочу вас видеть! - что означало в подтексте: - Вот я и приехала. Иду на Вы! Давид потерян для вас минимум на месяц. Ей было двадцать три года, столько же, сколько моему погибшему сыну. Год тому назад все совпало, как в дурном сценарии: трагическая, мгновенная, смерть моего сына - у меня на глазах, приезд Юлии, предательство Давида, предательство мужа. Юлия была очаровательна, как бывают очаровательны женщины в этом возрасте, пользующиеся популярностью у мужчин. Высокая, ловкая, с очаровательной, нежной, беззаботной улыбкой, правильными чертами лица - во всем она была полной противоположностью мне и открыто, с эдакой молодой издевкой демонстрировала превосходство своего тела над моими духовными ценностями.

Читать далее...

ПОЭЗОПЛОЩАДКА

Сергей Шуба
МЕЖДУ ГЕРОСТРАТОМ И ПЛИНИЕМ

Водяной шарик катится по стеклу –
Окно маршрутки запотело.
Я, рыба без чешуи и хвоста
Смотрю на хлопья снега.

Туда-сюда, каждый день в утепленном пространстве
Видеть ландшафт за окном, изменяемый человеком
Ежедневно, детали проваливаются вовнутрь, станция
Например, электрички, мерцает печальным светом.

Читать далее...

 

Валерия Малахова. Чет-нечет. Литературный журнал Город Пэ

Валерия Малахова
"Чет-нечет"

 

Валерия Малахова. Тень отца. Литературный журнал Город Пэ

Валерия Малахова
"Тень отца"

 

Сергей Уткин
ПЕТРОГРАДСКИЕ ИСТОРИИ

Задумавшийся Сфинкс
Приник к брегам Невы.
А Вы
Пройдёте мимо
Фасада, что чуть сник
К воде слегка, но зримо.
Прохожий носит мима
В лице своём. Черты
Эпохи нелюдимой...

Читать далее...

Василий Загорулько
ТАМ, ГДЕ РОДИЛСЯ

Журавль, колодец старый,
Поодаль сена стог,
Старушек растабары,
Хатёнка и порог,
Из хвороста заборы,
В калитке звон подков,
Гармошек переборы
Подвыпивших дружков.
Разгульная попойка
Небритых мужиков,
Веселое застолье,
Без стульев и столов.

Читать далее...

 

Валерия Малахова. Жизнь человеческая

Валерия Малахова
"Жизнь человеческая"

 

Валерия Малахова. Шли бы вы отсюда. Литературный журнал Город Пэ

Валерия Малахова
"Шли бы вы отсюда"

 

Елена Лазуткина
РАСПАХНИ АРМЯКОМ ОЙМЯКОН

Помнишь лошадь тонконогую
С мордами чудными многими,
Где бежала, гривой струясь в холмах,
Там, где ты дёгтем пропах.

На земле ломалась, крошилась слюда.
Этот глупый твой бег – чехарда,
Не привык ты туманы слушать.
Помнишь? Помнишь лошадь?

Читать далее...

РУКОПИСЬ

Лев Липовский
КОЛЫБЕЛЬ ДЛЯ АНГЕЛА
(отрывок из романа)

Весь путь до Тибета не имел для меня большого значения, хотя и эта часть путешествия принесла немало впечатлений, особенно для меня, человека оседлого и зашоренного обыденностью жизни. Но все эти воспоминания сложились в один сплошной поток перелетов, переездов, проводов и встреч. Хотя среди всей этой суеты, по прибытии в Пекин и весь дальнейший путь по Китаю, я постоянно находился в состоянии ожидания невозможного. Это состояние было столь навязчивым и неотступным, что казалась мне внезапно свалившимся на меня безумием.

И еще - меня здорово поразили китайцы. Они – удивительный народ, они - как большие дети. В них кроется уйма энергии, огромный жизненный потенциал, особый азарт к жизни. Они постоянно что-то делают, упорно, до самозабвения и при этом безоговорочно верят в необходимость того, что делают. Ведь мы в былые времена тоже были такими, но как-то незаметно подрастеряли эти способности. Видимо, все-таки, все дело в идеологии. Ведь она либо есть, либо ее нет - промежуточных вариантов не бывает. Нет общей цели - и каждый толчется в своем узком мирке, создавая для себя собственные идеалы и ценности, которые на поверку оказываются обыкновенной суетой. Они же все охвачены и увлечены единой целью, что поистине делает их несокрушимыми.

Читать далее...

ИНЫЕ БЕРЕГА

Лола Ридж
ТВОЯ ПОТЕРЯННАЯ НЕВИННОСТЬ
(перевод с английского Жана Светлова)

 

Мне снился
день, отпечатавшийся в памяти
(воздух,
тяжелый и голубой,
будто пары опиума…
купола
пихт в зеленовато-жёлтой дымке…
море,
неподвижное, как серый тюлень…

Читать далее...

РУКОПИСЬ

Виктор Родин
ЗА ТЕНЬЮ КАРАНДАШЕЙ, миниатюра

Девочка положила карандаши на стол очень близко друг другу, почти так, как они обычно лежали и в коробке. Их незаточенные концы выступали от края стола на треть длины. Под направленным светом плафона настольной лампы они отбрасывали тень на стопку книг в виде сплошной стены, почти нависающей над маленькими фигурками, только что спустившимися со страниц раскрытой книги.

Две взявшиеся за руки маленькие фигурки осторожно обогнули тень и остановились перед ограждающим переплетом энциклопедического словаря. Его потрепанный и видавший виды корешок казался лесной оградой, которая дышит и придает уверенность маленьким фигуркам, даже не выясняя, кто они на самом деле и зачем пожаловали сюда.

Читать далее...

РАКУРС

Евгения Чугаева
ВОСПОМИНАНИЯ (продолжение, начало в №10 - №11)

Нас часто навещал Юрий Исаевич Янкелевич, мой профессор. Егор его обожал. Юрий Исаевич любил сидеть у нас на кухоньке, пить чай и что-нибудь читать вслух. У него был красивый баритон, и читал он очень выразительно. Книг у нас было много, и он выбирал что-нибудь поучительное для Егорушки в воспитательных целях, например, «Недоросль» Фонвизина – очень актуально. Именно Юрию Исаевичу удавалось улаживать конфликты, возникавшие нередко у нас с Антониной Александровной.
Когда Шуру кафедра теории и композиции выдвинула на звание доцента, и надо было собирать документы, рецензии, афиши и прочее, именно Юрию Исаевичу удалось ускорить этот нудный процесс и заставить Шуру сделать все художественно. Он приходил к нам, как на работу, каждую неделю и требовал у Шуры отчета, что тот успел сделать. Корректировал материал, отбирал нужное, откладывал ненужное в сторону – в общем, очень успешно руководил, так как хорошо знал эту процедуру: он сам не так давно получил звание доцента. Шура вырезал, склеивал, подчеркивал важные места разноцветными карандашами или тушью и с гордостью показывал нам. Действительно, получалось очень красиво и внушительно. Звание доцента было присуждено единогласно. Наверное, без Юрия Исаевича у Шуры не хватило бы интереса представить свои заслуги столь солидно. Так случилось впоследствии со званием профессора. Наверное, он слишком скромно представил материалы своей творческой деятельности при подаче в ВАК на звание профессора и получил отказ, что, похоже, сыграло зловещую роль в его преждевременной кончине.

Читать далее...

Главная Поэтический клуб Авторы Переводы Город Музыка Галерея Архив

Сайт для детей от 12 лет